Джейн с ужасом снова бросила взгляд на разбросанные по столику бумаги и зажмурила глаза, Собраться с мыслями было трудно. Очевидно, это дурной сон или чья-то дурацкая шутка. Разве можно поверить, что ее муж способен на такое? Хотя эти документы и выглядят подлинными. И потом, так ли уж хорошо она знает Филиппа?
Неужели ее мать, да и многие другие знакомые, которые выражали сомнения по поводу ее замужества, оказались правы?
Джейн вспомнила лицо матери, когда та сегодня утром, одетая в великолепный серо-бежевый костюм, в шляпке, перчатках и с сумкой из замши в тон костюму, спускалась по широкой лестнице их дома. Внешне она казалась довольной скоропалительным замужеством дочери, было очевидно, что несомненное обаяние Филиппа покорило ее, но все же Джейн подозревала, что, будь воля матери, человеком, ожидающим ее этим утром в церкви, стал бы Стивен…
Но теперь уже что-либо менять слишком поздно. Джейн бросила отчаянный взгляд на тонкий безымянный палец своей левой руки, где рядом с массивным золотым обручальным кольцом примостилось кольцо с огромным бриллиантом.
Теперь она миссис Эшли. И, как оказалось, совершенно не знает своего мужа.
Дрожа от внезапно охватившего ее страха, Джейн начала стаскивать с себя тяжелое платье. Пальцы почему-то не слушались и скользили по шелковой ткани. Она еще раз посмотрела на себя в зеркало: и это невеста сразу после свадьбы — лицо красное, в зеленых глазах застыли слезы, полные губы дрожат. Боже! Как она выглядит!
Внезапно девушка поняла, что ей надо поторапливаться. С минуты на минуту в комнату может войти Филипп.
Джейн быстренько умылась в красивой ванной, несколько раз провела щеткой по длинным светлым волосам, и они волной заструились по плечам и спине. Затем надела черные брюки, серый джемпер, куртку цвета хаки и черные кожаные туфли; схватила конверт и засунула его на дно матерчатой дорожной сумки; затем проверила, есть ли в сумке паспорт и деньги. Затем на мгновение остановилась, обдумывая свои дальнейшие действия.
Все еще лихорадочно дрожа, Джейн глубоко вдохнула, стараясь хоть немного успокоиться. Она должна успеть выбраться из номера до возвращения Филиппа. Ее муж мог появиться в любую минуту, а она сейчас не вынесет его присутствия. Ей необходимо исчезнуть…
Дрожащими руками Джейн открыла дверь, осторожно выглянула в коридор и, задумавшись, замерла на месте. Вправе ли она так поступать? Может ли покинуть Филиппа всего через несколько часов после того, как давала ему обет верности в церкви? Нет, все же она должна уйти. Ей просто необходимо время, чтобы побыть одной и привести в порядок мысли, разобраться в своих чувствах…
Наконец решившись, Джейн выскользнула в коридор, оставив дверь номера открытой. Оглянувшись, девушка увидела роскошное свадебное платье, валявшееся скомканным на полу, и в панике помчалась к служебной лестнице, ведущей к запасному выходу из гостиницы…
Почти не раздумывая, Джейн сразу решила, куда ехать. Конечно, в замок! Усевшись в машину, она, нигде не останавливаясь, доехала до побережья, взяла билет на ближайший отплывающий во Францию паром и продолжила бегство уже по другую сторону Ла-Манша. У нее оставалось еще несколько часов светлого времени, чтобы добраться до места. Ее маленький белый «фиат» послушно глотал милю за милей.
По мере того как она удалялась от своего мужа, перед ней все отчетливее вырисовывалась картина внезапно постигшего ее несчастья. Джейн вспоминала слова Николь, с которой, убегая, столкнулась около служебной лестницы. Джейн, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения на месте, отказалась рассказать подруге о содержимом конверта.
— Неужели Филипп стал двоеженцем? — воскликнула Николь. — Или он — серийный убийца?
Услышав отрицательный ответ неизвестно куда стремящейся новобрачной и придерживая Джейн за рукав, Николь авторитетно заявила, что ее подруга не имеет права даже помышлять о бегстве от столь великолепного, неимоверно сексуального и баснословно богатого мужчины. Что бы Джейн ни узнала из письма, которое она, Николь, имела несчастье ей вручить, это никоим образом не могло оправдать ее поведения.
— Я знаю… — приплясывая на месте от нетерпения, заверила подругу Джейн. — Я просто не могу с ним встречаться. Мне только нужно время… Николь, пожалуйста, скажи Филу, что я передумала…
— Передумала? Через несколько часов после свадьбы? Нет! Ты просто сошла с ума! Как ты можешь так поступать? Да еще по отношению к такому человеку, как Филипп Эшли?
Этот вопрос всю дорогу терзал и Джейн. Как она могла! Убежать сразу после бракосочетания, унизить Филиппа! Она даже боялась представить, как разгневается ее муж…
Конечно, относительно себя ей опасаться нечего. Джейн любила Филиппа. Или по крайней мере считала, что любит. Во всяком случае, если думаешь о человеке двадцать четыре часа в сутки и дрожишь при его приближении, и таешь от прикосновений, тогда что это, как не любовь?
Но думая об объятиях Филиппа, Джейн невольно вспоминала фотографии из конверта. И тогда ее охватывал панический страх. Хотелось уехать от мужа как можно дальше. Смешно, но она не могла отделаться от ощущения, что за ней гонятся, словно она добыча, преследуемая охотником.
Джейн машинально следила за дорогой, постоянно поднимая глаза на зеркало заднего обзора. Мимо промчался мощный мотоцикл, и девушка вздрогнула. На мгновение ей показалось, что Филипп догнал ее. Нет, она сходит с ума. У Эшли теперь ведь нет мотоцикла, подумала Джейн, вспоминая их первую встречу.